Этот скрип под ногами всего лишь предчувствие снега. Но предчувствие верно. И будет когда-то бела Эта черная плоть, эта альфа земли. А омега Чересчур высока, чтобы к ней прикоснулись тела. Но туда устремилась верхушка опавшего вяза, Словно удочку вверх по наитью закинул рыбак. И закатное небо, сочась, розовеет, как мясо, Притянув исхудавшие морды бродячих собак. Я б от неба кусок им отрезал – без мыслей недобрых, А затем, чтоб утешить, пока не пришли холода И не замерло сердце, почив на прогнувшихся ребрах, Как под трупами ласточек гнутся к земле провода. Я глядел бы на них, вдохновленный свирепым почином, Размышляя о том, не сошел ли я нынче с ума. И, приблизившись к голому вязу, ножом перочинным На коре у него я бы вырезал слово «зима».