Когда мы закончили читать рассказ Бонч-Бруевича "Общество чистых тарелок" про то, как дети под руководством Ленина научились доедать всю еду до последней крошечки, Галина Федоровна велела нам нарисовать иллюстрации. Моя иллюстрация была готова через минуту. Пустая тарелка, слева вилка, справа нож. Я сидела, сложив руки на парте, размышляла, что еще можно бы было нарисовать, и наблюдала за Галиной Федоровной. Галина Федоровна ходила по классу и удовлетворенно качала головой. Около одной парты она вдруг остановилась и начала напряженно всматриваться в рисунок. После чего схватила рисунок, скомкала и удивительно громко прошипела: "Ленина рисовать НЕЛЬ-ЗЯ!" Первой моей мыслью было: "Неужели кто-то осмелился нарисовать самого Ленина!" Второй мыслью было: "А почему бы и нет?" Надо сказать, что вторая мысль пришла только лет через десять, и то не сразу, а постепенно. Зато за второй мыслью практически сразу же пришла третья: "Буду рисовать Ленина как хочу, назло Галине Федоровне!" К сожалению, рисовать я не умею совсем, поэтому третью мысль пришлось осуществить обходными путями. Ленина я рисую так:   Владимир Ильич, когда пил молоко, пенку с него всегда отдавал детям. Владимир Ильич очень любил выступать на митингах. Особенно ему нравилось размахивать кепкой. Владимир Ильич, когда выступал перед рабочими, любил размахивать кепкой. Особенно доставалось стоящему справа Феликсу Эдмундовичу. У Владимира Ильича было три кепки. Одна домашняя, вторая - для митингов, и третья парадная - для Мавзолея. У Надежды Констатиновны было два платья, одно домашнее, а второе - чтобы отпугивать врагов революции. Но она, в общем, обходилась одним домашним. Владимир Ильич очень любил ходоков. Бывало, как ребенок, бежит к дверям и кричит: "Что принесли? Что принесли?" Владимир Ильич часто спал и видел себя высоким блондином. А когда просыпался, ох, и доставалось от него Надежде Констатиновне! Владимир Ильич однажды позвал к себе Алексея Максимовича и говорит: "Ну и мудак же вы!" Алексей Максимович до конца дней своих не переставал удивляться прозорливости Владимира Ильича. Владимир Ильич всегда заставлял детей вылизывать тарелки. А особенно послушным давал вылизывать свою и Бонч-Бруевича. Владимир Ильич очень любил Маяковского, но не знал, что тот поэт. Однажды даже велел выдать ему как ходоку в подарок мешок. Владимир Ильич очень любил Бонч-Бруевича, но думал, что это два человека, особенно когда садился с ним обедать. Владимир Ильич поначалу хотел взять себе псевдоним Инесскин, но Надежда Константиновна воспротивилась. У Владимира Ильича была железная воля. Однажды он решил похудеть. И больше ни одного ходока с булками не принял. Велел сразу расстреливать и всё! Владимир Ильич называл Надежду Константиновну по-разному: Надя, Наденька, Надюша, Надежда Константиновна. И она его тоже называла по-разному: Володя, Володенька, Владимир Ильич, "х.й в кепке" и "х.й без кепки". Владимир Ильич был очень высоким. Особенно когда его ставили на броневик. Владимир Ильич очень любил целоваться, но вот только с Надеждой Константиновной противно было, а с Феликсом Эдмундовичем щекотно. Жаль, что Галина Федоровна о моем бунте уже никогда не узнает.  А может, это и к лучшему...